кандидат экономических наук;
candidate of economic sciences;
Актуальность исследования определяется необходимостью поиска эффективных форм взаимодействия государства и бизнеса в условиях перехода российской экономики к модели технологически независимого развития. В статье анализируется роль института государственно-частного партнерства (ГЧП) в реализации стратегии промышленного суверенитета Российской Федерации. В условиях структурной перестройки экономики и санкционных ограничений ГЧП перестаёт быть инструментом исключительно инфраструктурного развития, превращаясь в комплексный механизм объединения усилий государства и бизнеса для достижения стратегических целей технологической независимости. Цель работы — выявить потенциал инструментов ГЧП в обеспечении структурной перестройки промышленности и замещении критически важных импортных технологий. Обосновывается, что эффективное использование ГЧП способно выступить катализатором создания «суверенных технологических цепочек», однако требует существенной адаптации законодательства, разработки новых финансовых инструментов и формирования системы управления рисками, адекватной современным вызовам.
The relevance of the research topic stems from the need to identify effective institutional forms of interaction between the state and business as the Russian economy transitions toward a model of technologically independent development. The article examines the role of public-private partnerships (PPPs) in implementing the industrial sovereignty strategy of the Russian Federation. Amid economic restructuring and sanctions pressure, PPPs are no longer confined to infrastructure development but are evolving into a comprehensive mechanism for coordinating the efforts of the state and business to address the strategic challenges of technological sovereignty. The purpose of the study is to identify the potential of PPP tools in ensuring the restructuring of the industry and the replacement of critical imported technologies. The effective use of PPPs can serve as a catalyst for the creation of "sovereign technological chains," but this requires significant legislative adjustments, the development of new financial instruments, and the establishment of a risk management system capable of addressing contemporary challenges.